В третье воскресенье сентября в нашей республике отмечается профессиональный праздник людей, которые своим трудом сохраняют и приумножают наши лесные богатства. Пользу и важность леса для человека трудно переоценить. Поэтому научить наше общество беречь и ценить все то, что дает нам природа – важная миссия работников леса. Их профессия, на первый взгляд, кажется овеянной романтикой, но на самом деле – она одна из сложных и опасных. Тем не менее в Старобинском лесхозе, который находится на территории нашего Солигорского района, и женщины не боятся руководить лесничеством.

Перед профессиональным праздником – Днем работников леса - отправляемся в Ясковичское лесничество, которое возглавляет авторитетный и высокопрофессиональный лесничий Людмила Лисица. Ее лесничество всегда на хорошем счету.

В третье воскресенье сентября в нашей республике отмечается профессиональный праздник людей, которые своим трудом сохраняют и приумножают наши лесные богатства. Пользу и важность леса для человека трудно переоценить. Поэтому научить наше общество беречь и ценить все то, что дает нам природа – важная миссия работников леса. Их профессия, на первый взгляд, кажется овеянной романтикой, но на самом деле – она одна из сложных и опасных. Тем не менее в Старобинском лесхозе, который находится на территории нашего Солигорского района, и женщины не боятся руководить лесничеством.

Перед профессиональным праздником – Днем работников леса - отправляемся в Ясковичское лесничество, которое возглавляет авторитетный и высокопрофессиональный  лесничий Людмила Лисица. Ее лесничество всегда на хорошем счету.

Бывает такая удача, что человек выбирает себе профессию еще в детстве. Людмила Генриховна родом из глухой деревеньки Купчели на Браславщине Витебской области. Еще будучи маленькой, она полюбила лес. Когда в лес шли ее односельчане с топорами, а потом она видела, что оставалось после их визитов, очень переживала и хотела лес защитить. Также с детства она не любила охотников и охоту.

- Я всегда не понимала, почему человек так много возомнил из себя? – рассуждает Людмила. - Кто дал ему право регулировать, например, численность животных? На мой взгляд, люди и животные должны учиться мирно сосуществовать. Я девчонкой думала: «А если волк придет в деревню и решит: «Что-то вас слишком много, давайте я вас подрегулирую». Признаюсь, что от слова «регулирование» меня и сейчас коробит. С детства мало что изменилось в моем отношении к лесу. Меня и сейчас возмущает потребительское отношение к этой красоте, хотелось и хочется, чтобы люди относились к нему с душой и пониманием, смотрели не только как на производственный объект.

- И я уже понимаю, куда вы решили поступать после школы…

- Была у меня еще одна страсть – лошади. Поэтому решение было таким – профессия моя будет связана или с лошадьми, или с лесным хозяйством. Чтобы заниматься лошадьми, мне нужно было ехать во Львов, и мы с родителями посчитали, что это слишком далеко, поэтому я выбрала Минск. Когда мама, учитель, готовила меня ко вступительному экзамену, она просила меня: только не бери свободную тему. Но я, конечно же, ее взяла, и с первого раза не поступила, получила за сочинение два балла. Мама поехала в вуз и потребовала сочинение. По содержанию оно было хорошее, но в нем было 7 ошибок на одно правило. Любой учитель в курсе, что это считается одной ошибкой. Тем не менее мы не успели доказать нашу правоту, меня не зачислили. Мне довелось отработать год в колхозе – и на следующий год я прошла в вуз по эксперименту.

***

- Там и познакомились со своим будущим мужем?

- Это отдельная история. Наше знакомство было очень интересным. Все случилось из-за практики. Меня, уроженку Браславщины, почему-то отправили на практику в Старобинский лесхоз, а его, уроженца Красной Слободы Солигорского района, в Браславский. Хотя это довольно странно, ведь у него было направление отсюда, его, по логике, должны были направить сюда в лесхоз.

Но в Старобинский лесхоз приехала я. И тогдашний директор был возмущен, что к нему прислали девушку, и на практику меня категорически не принял. В институте же мне сказали: «Поезжай домой и попробуй пройти практику там!». Я приехала, а там уже Федор Денисович по коридорам похаживает. Так и познакомились. Вот если бы не эта перепутанная практика, мы и не встретились бы.

Поженились мы на 5 курсе. А сюда, в Ясковичское лесничество, мужа в 1986 году отправили по распределению, а я поехала за ним.

- Какие были условия для молодых специалистов?

- О чем Вы? В 1986 году мы получили только работу – и ничего больше. Это сейчас молодежи множество благ: и жилье, и оплата транспорта. Нас же поселили в деревенский дом к конюху, но у него были проблемы с алкоголем, выдержали мы один месяц, а потом начались многолетние скитания. Вскоре я ушла в декретный отпуск, и, так как негде было жить, уехала к родителям. Федор в холодную пору года жил в «Дубраве», благо, что этот лагерь находится недалеко от конторы. В мае же он переселялся в контору и худо-бедно существовал. Проблема с жильем долго не могла разрешиться. Наша молодая семья вынуждена была жить раздельно. Когда я выходила из декрета, муж обратился в колхоз, и нам разрешили пожить в домике для специалистов. 4 года мы жили как на пороховой бочке. Если бы специалисты прибыли – нас бы просто выселили в никуда!

Так как надежд на получение жилья не было, мы и решились на строительство дома. Начали в 1994 году, переселились в него в 1997, жили в нем и постепенно достраивали. За 10 лет строительства сюда было вложено столько сил и средств. Брали кредиты, нам очень помогали мои родители, которые держали 8 коров. Много сил в этот дом вложил мой отец. Честно говоря, и умер он после сложной работы – обшивки дома гипсокартоном, и я иногда чувствую за это свою вину.

Почему рядом с лесничеством строились? Тогда было негласное правило – лесничий должен жить рядом с конторой лесничества, чтобы быть на месте в экстренных случаях. Ну и мы строили планы, что тут навсегда останемся.

Не хочется говорить об этом в канун профессионального праздника, но сейчас местный райисполком подал на меня в суд за этот дом. Дескать, построен он незаконно.

***

- Людмила Генриховна, а сколько лет вы возглавляете лесничество?

- С 1986 года я была бухгалтером лесничества, затем – в 1989 году - стала помощником лесничего, а уже в 2002 возглавила коллектив Ясковичского лесничества. Если у помощника лесничего много бумажной работы, то лесничий много времени проводит в лесу. Нужно утром отправить рабочих, решить множество организационных вопросов, разобраться с документами, а потом в лес – проверять качество работы, думать, где и когда вести санитарные рубки, рубки главного пользования, как лучше обустраивать зоны отдыха. Знаете, моя работа реализовала и вторую мою детскую мечту. Я научилась ездить на лошадях и часто объезды леса делала верхом. Для сохранности леса объезды верхом имеют неоспоримое преимущество. Ведь лошадь пройдет везде: и когда дороги зимой снегом занесены, и когда надо - обогнет деревья там, где не проедет машина, и топливо ей не нужно, и экологию она не нарушит.

Знаете, за столько лет работы во вверенном мне лесничестве я помню каждый уголок, редко уже заглядываю в бумаги, знаю, где какую провести рубку. В идеале и должен человек, если пришел на работу в лес, быть долгий срок на одной и той же территории. Но если специалист приходит на время, как это часто происходит сейчас – это, поверьте, страшно. Он ни во что не вникает, руководствуется принципом: «После нас – хоть потоп». Или говорит: мне и детям моим хватит! А как же внуки, правнуки. Понимаете, наша работа такая, что явно ошибки лесоводов можно заметить лишь через поколения, через 60 лет, когда уже человека точно не сможешь наказать, поэтому ответственность и грамотность должны присутствовать в нашей работе прежде всего. Мне нравится опыт Польши, где человек, прежде чем стать лесничим, 7 лет учится у представителя старшего поколения, который поверяет ему лесные тайны, объясняет нюансы, готовит себе смену. И молодой преемник гарантированно будет работать в лесу, сменит старшего уже опытным специалистом. А у нас вышло так, что целое поколение на пенсию ушло, не передав опыт молодым. И им нужно самостоятельно многому учиться. А лес все же - наше национальное богатство, тут не до экспериментов.

Между тем в нашей профессии существует столько направлений! Это и лесохозяйственное, и лесокультурное, и лесозащитное, и противопожарное. Это и строительство лесных дорог, и благоустройство мест отдыха, и заготовка березового сока. Это пчелопасеки, сбор лекарственных трав, заготовка декоративно-посадочного материала. Это и перспективное туристическое направление с агроусадьбами, с экологическими тропами. Кстати, у нас в лесничестве тоже есть экологическая тропа.

А для меня лес давно стал смыслом моей жизни. Моя судьба – лес! Иду и замечаю: вот тут такая трава, а вот дрозд полетел, а вот удивительное место. Мои знакомые часто говорят: ну что ты все про лес!

Лес лечит и душу, и тело. Знаете, сейчас есть много литературы о том, что можно лечиться любимым деревом. Кто-то посмеется, но это правда! Мама моя, например, лечится от березы. Обнимет ее – и, говорит, давление нормализуется. Есть и у меня любимое дерево – это ель. Ее, конечно, не обнимешь, но смотреть на нее мне как-то радостно, ассоциация с новогодними праздниками, которые я с детства очень любила. Очень люблю свою профессию, рада, что так надолго осталась в ней.

***

- Но ведь при всех плюсах она еще и очень опасна?

- Соглашусь, очень опасна. Во–первых, работники леса постоянно соприкасаются с техникой: это и бензопилы, и валочные машины, и другие механизмы. К тому же, например, если за рубежом вальщика леса готовят три года, у нас – всего месяц. А представьте, если пришел мальчик, у которого совсем никакого опыта, как он рискует.

Во-вторых, укусы змей, в этом году их большое количество, а насколько опасны они, никому не надо объяснять. В-третьих, насекомые. Это и шершни, укус которых может вызвать летальный исход. В жизни мне приходилось экстренно спасать человека, которого укусил шершень. И клещи, среди которых в последнее время множество зараженных. Нас, работников леса, между тем не прививают от энцефалита, хотя мы в зоне риска. Есть ужасающие случаи. Так, в Старобине в реанимации с декабря лежит мужчина, которого укусил клещ.

В-четвертых, опасность представляют и браконьеры. Хотя в случае их обнаружения безоружному лесничему лучше просто уведомить инспекцию.

Знаете, но за годы работы в лесу я поняла одну вещь: самое опасное в лесу – это сам человек. Потребительское отношение к лесу, умышленные поджоги, засорение территорий – это далеко не полный перечень того, что делает человек, решивший, что он - царь природы. В этом году в связи с пожароопасной ситуацией вход и въезд в лес был запрещен. Если кого-то обнаруживали в лесу, старались беседовать, объяснять культурно, сразу не наказывать, хотя за посещение леса полагались огромные штрафы. Ведь, знаете, иногда даже составленный протокол может обернуться бедой. Мы ему протокол, а он просто бросит горящую спичку…

***

- Ваше лесничество этим летом обошлось без пожаров?

- В этом году никто не обошелся без пожаров. Причем, на мой взгляд, в ста процентах случаев вина за пожары – на людях. Это лето было очень трудным. Работали мы в круглосуточном режиме, ночевали в лесничестве. Тут как раз есть повод сказать про наш коллектив. Все у нас трудяги, все спокойные, немногословные, но очень надежные. Под моим руководством трудятся 10 лесников, никаких нареканий на их работу, не могу сказать ни одного плохого слова. Работу начинали с 5 утра в лесу, работали до обеда, так как потом, при 35 градусах, работа запрещена. Затем тушили возгорания. Все лето проводили в такой круговерти.

Знаете, лес растет медленно, поэтому у меня есть убеждение, что для работы в лесу подходят спокойные, уравновешенные люди. Вот сейчас у нас практикант, который обладает такими чертами характера, и мне кажется, он сможет работать в нашей отрасли. Хороший помощник лесничего обдумает, проанализирует, спросит! У нас также прекрасный бухгалтер Инна Ивановна Царикевич, много лет отдавшая работе в лесничестве, и мастер парка, творящая и поддерживающая красоту Людмила Сергеевна Демидович. Особые слова уважения нашему местному Кулибину - водителю лесничества Ивану Владимировичу Коржу. Когда-то к нам попал экспериментальный УАЗ, и мы с ним мучаемся, ведь такие машины давно сняты с производства, нигде нет деталей. Так вот водитель сам добывает детали, знает свою технику на все сто, поломку может определить по звуку. А наш тракторист Иван Иванович Дытман – очень аккуратный, неторопливый. Он едет медленно, но объедет каждое дерево, не поцарапает, сбережет.

Хочу признаться, что я глубоко уважаю каждого работника своего лесничества, понимаю, что наши успехи – это труд каждого. Сожалею, что наши работники должны быть специалистами одновременно по 5 направлениям, и представляю, какими бы они были высокопрофессиональными, если бы была возможность совершенствоваться в одном направлении.

- С вашим лесничеством соседствует лагерь «Дубрава». Не составляет ли это проблемы, ведь детей часто посещают родители?

- Знаете, за множество лет соседства могу признать, что лагерь никогда нам не мешал. Бывает, что иногда дети и их родители приходят к нам в дендропарк, просятся посидеть или сфотографироваться, всегда разрешаем. А чтобы родители портили лес, оставляли мусор – такого нет. Наверное, воспитатели лагеря проводят с ними беседы. Но, вы знаете, лично я люблю осеннюю пору, когда вокруг все пустеет, когда из лагеря дети уезжают, а вокруг царят тишина и красота. А из погоды я люблю мелкий дождь.

Часто размышляю о том, что в нашем мире многие совершенно забыли про духовность, все захлестнули материальные ценности. Именно лес – одна из возможностей вспомнить о нашем доме, обратиться к природе. Если даже посмотреть, что сотворили люди в этих местах, оторопь берет. Неграмотная мелиорация, к примеру, сгубила прекрасную реку Морочь, которая была полноводной, на берегу ее даже стоял Свято-Елизаветинский монастырь. Реки, как известно, самоочищаются от своих естественных поворотов, сейчас река заилена на 2 метра. Только представьте себе! Ее уже не спасти.

А то, что в колодцах пропадает вода – не маленький ли знак человеку, не просьба ли от природы прекратить вмешиваться в ее естественный ход? А если вода исчезнет в городах, что будем делать тогда?

Знаете, я часто думала о том, что наш профессиональный праздник почему-то не считается таким важным, проходит скромно, незаметно. Профессия тоже не считается слишком уж значимой. Может быть, пришла пора как-то заявить о себе? Мои коллеги за свою круглосуточную работу, которая часто держится на энтузиазме, получают неоправданно низкие зарплаты, лесхозы не очень поддерживаются техникой, даже если сравнивать с тем, какая помощь оказывается сельскому хозяйству. Я поздравляю всех работников леса с профессиональным праздником, искренне восхищаюсь нашим энтузиазмом и желаю, чтобы престиж нашей профессии был восстановлен!

Еще рассказала Людмила Лисица о житейском, о разочарованиях в людях, которые, казалось бы, были друзьями, но которых высветили неприятности в семье. Рассказала о том, как в поддержку ее бывшего мужа Федора Лисицы работники лесхоза собирали подписи, а еще о том, как опасно в нашем обществе «высовываться», быть заметным и иметь свои принципы.

Перед тем, как уехать от Людмилы Генриховны, прогуливаюсь по красивейшему дендропарку. Размышляю о вечном. Ну да, о вечном, ведь все же осень на дворе, а она к таким мыслям располагает.

А еще думаю о том, что мне рассказала лесничий, и искренне желаю ей удачи в суде и скорейшего восстановления семьи. Ну, и с праздником, конечно. Не только ее, но и всех, кто любит лес!

Варвара ЧЕРКОВСКАЯ

Фото автора